Последний ЛОР.

Последний ЛОР.

Последний ЛОР.

601
1

Категория: Истории

Есть счастливчики, которые умудряются за всю свою сознательную жизнь ни разу серьёзно не заболеть. Грипп и последствия смелых кулинарных экспериментов, вроде молока с огурцами, не в счёт. И когда лет этак в семьдесят — семьдесят пять они вдруг выясняют, что у них, оказывается, есть органы (или сосуды, или позвоночник), которые имеют наглость о себе напомнить, они спешат к врачу с требованием сделать всё как было. Причём чтоб всё как было лет этак в двадцать.

Однажды ранним утром тётя Клава разбудила Ваню телефонным звонком и сиплым трагическим голосом поведала, что она умирает. Зная тётушкино обыкновение умирать в среднем два раза в год, на пике сезонных вирусных эпидемий, Ваня паниковать не стал, но на всякий случай решил окончательно проснуться и выяяснить — от чего на этот раз?

Оказалось, что от фарингита. Честно заслуженный за полвека работы учителем, этот фарингит в очередной раз обострился на фоне подготовки класса к выпускным экзаменам, но почему-то не пожелал пройти от стакана горячего молока с мёдом и маслом, что, по мнению тёти Клавы, было верным патогномоничным признаком скорой смерти. Ваня, как мог, успокоил умирающую и посоветовал перед смертью заглянуть к ЛОРу: так, на всякий случай, вдруг удастся отсрочить кончину, а то у него на ближайшую неделю запланировано много дел, и похороны в этот график ну никак не вписываются.

Тётушка бодрой рысью заявилась в поликлинику к самому открытию. ЛОР, осмотрев горло, дал направление на анализы и назначил лечение. Тётя Клава немного успокоилась и помирать раздумала. К тому же, посмотрев результаты анализов и сравнив их с теми, что она по собственной инициативе ежегодно делала (на всякий случай, мало ли!), и ЛОР, и участковый терапевт в один голос заявили, что, по их глубокому подозрению, ходит она в лабораторию не жаловаться, а хвастаться. Да-да, отменными показателями.

На второй неделе лечения Ваню снова разбудил звонок. Аккурат на рассвете. Неимоверным усилием воли задушив порыв пожелать ранней пташке убиться на лету о какой-нибудь фонарный столб, Ваня потянулся к телефону. Это снова была тётя Клава, и снова с предсмертным плачем.

— Уже вторая неделя, а он не проходит! — всхлипывала она в трубку. — Это, наверное, никакой не фарингит! От меня что-то скрывают!

Ваня вздохнул и побрёл на кухню делать себе кофе, на ходу выясняя подробности. Оказалось, что тётушка, не имея привычки доверять назначениям врачей, собрала во дворе дома консилиум подруг-пенсионерок. В ходе совещания обнаружилось, что да, у трёх их общих знакомых было точно такое же за неделю до смерти. И ещё четырём удалось избежать неминуемой гибели с помощью чудодейственной микстуры из мёда, лимонного сока и ещё пары каких-то ингредиентов. Кажется, уксус туда тоже входил. Тётя Клава немедленно изыскала всё необходимое, выпила залпом этот адский коктейль — и наутро почувствовала себя хуже. Горло, которое должно было пройти, болело ещё сильнее. Такое верное средство — и не подействовало! Да ещё и живот скрутило!

Ваня попросил тётю Клаву на время отложить агонию и ещё раз сходить к ЛОРу. Хорошо, хорошо, если нет доверия этому — можно сходить к другому, вот телефон. Да, хороший специалист. Нет, личным кладбищем ещё не обзавёлся. Нет, не потому, что неопытный и молодой, а потому, что реально хороший.

Следующий звонок застал Ваню, когда он обедал. Тётя Клава снова рыдала в трубку. ЛОР, которого порекомендовал Ваня, оказался чёрствым, нечутким менгелеподобным негодяем. Он отругал бедную женщину за почти удавшуюся попытку сжечь себе слизистую смесью крепких органических кислот, слегка разбавленной мёдом, не проявил должного уважения к народной медицине, а коллективный разум обозвал сборищем скучающих атеросклеротичек. И ещё — да, самое-то главное она забыла сказать! — он что-то там упомянул про гипертрофию слизистой. Ох, чует тёткино сердце — это рак! В общем, она едет к онкологу.

От онколога тётка вернулась умиротворённой. Этот чудесный человек сорок минут слушал её рыдания и жалобы — и ни разу не перебил! Потом внимательно пролистал всю амбулаторную карточку, осмотрел её горло и сказал, что да, случай необычный, но шанс выжить есть. У родственников — тоже. И назначил какие-то полоскания. И чудодейственный глицин: как он догадался, что тёткина нервная система расшатана полувековым учительским стажем и двухнедельным фарингитом! А глицин, сказал он — это не только сильное успокоительное, но и строительный материал для восстановления потраченных нервов!

Ваня от души порадовался вместе с тётей Клавой, заверил её, что теперь-то дела пойдут на лад, и успокоился. Как показала практика — рано. Через неделю, проснувшись рано утром от телефонного звонка, он понял, что имеют в виду люди, описывая дежавю: тётка снова собралась помирать. Её фарингит свирепствовал уже третью неделю, а полного выздоровления всё так и не наступило. Она нашла адрес ещё одного ЛОРа — знаменитого, он даже лечил какую-то певицу, которая приезжала на гастроли и внезапно потеряла голос. Уж если и он не поможет…

Ваня уточнил адрес клиники. Потом быстро оделся, достал из заначки коньяк, коробку конфет, спустился вниз и сел в машину. Он просто обязан был успеть к доктору до визита тёти Клавы. Последнего ЛОРа в городе надо было подготовить к визиту этой женщины.
Источник

Related posts

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *